Карьера Горчакова в эти годы складывалась очень успешно. В 1822 г. он стал первым секретарем посольства в Лондоне, где пробыл пять лет. Потом был в той же должности в Риме, в 1828 г. переведен советником посольства в Берлин, оттуда - во Флоренцию поверенным в делах, в 1833 г. он в Вене. Крупнейшие города Европы, столицы могущественных государств, сложные дипломатические поручения - все это было хорошей школой для человека, решившего посвятить свою жизнь внешней политике. Но отношения с влиятельнейшим Нессельроде у Горчакова не заладились. Он подал в отставку и некоторое время находился не у дел. В 1841 г. Александр Михайлович вернулся на службу и был послан в Штутгарт для устройства брака великой княжны Ольги Николаевны с наследным принцем Вюртембергским. Там он и оставался в ранге чрезвычайного посланника и полномочного министра в течение двенадцати лет, поддерживая авторитет России как покровительницы германских стран и внимательно следя за нарастанием революционного движения в Европе. Прокатившиеся по континенту революции 1848 - 1849 гг. чрезвычайно насторожили Горчакова. В своих сообщениях о митингах и демонстрациях в Европе он настойчиво советовал императору охранять Россию от взрывов и потрясений, подобных тем, какие он наблюдал здесь.
    В 1850 г. Горчаков стал чрезвычайным посланником при Германском союзе со столицей во Франкфурте-на-Майне. В этом союзе русское правительство усматривало залог сохранения мира, а Горчаков был призван сдерживать усилия Австрии и Пруссии - двух соперничающих держав, выступать в роли объединителей Германии. Тогда же Александр Михайлович близко сошелся с прусским представителем Бисмарком. Горчаков не скрывал, что является ревностным почитателем этого великого человека. На его глазах, при благосклонном невмешательстве России, Бисмарк добился удивительных свершений: разбил поодиночке сначала Данию, потом Австрию, затем сокрушил и Францию и создал могущественную германскую империю.
    Той же цели - только созданию великой России - была посвящена и деятельность Александра Михайловича Горчакова. Вот почему он всегда отметал все революции, направленные в первую очередь на разрушение, а не на созидание. Еще в 1825 г., когда он приехал на лечение в Россию, его пытались втянуть в тайное общество декабристов. Благомыслящий Горчаков ответил своим друзьям по лицею, что справедливые цели никогда не достигаются коварными и тайными происками и что питомцу лицея, основанного императором Александром Павловичем, не подобает идти против монаршей особы.
    "Горчаков обладал умом, возвышенным, большим, тонким, и его умение использовать дипломатические уловки не исключало лояльности. Он любил играть с противником, приводить его в замешательство, захватывать врасплох, но никогда не позволял себе обращаться с ним грубо или его обманывать. Ему не приходилось прибегать к хитростям, так как его замысел был всегда ясен и лишен загадок. С очень немногими из дипломатов было так легко и надежно".
Эмиль Оливье, французский политический, деятель

    На следующий год Горчаков был переведен управляющим посольства в Вену вместо барона Мейендорфа, выполнявшего больше поручения австрийского императора, чем русского.
    В это время началась Крымская война. Австрия повела себя крайне неблагодарно к России, и Горчакову пришлось решать сложные дипломатические задачи. Он всегда выступал против войны с Турцией, а сейчас на ее стороне выступили Англия и Франция. Австрия также помогала державам антирусского блока, хотя и сохраняла видимый нейтралитет. Но Горчакову удалось на своем посту отдалить Австрию от воюющих западноевропейских держав. Те же самые шаги он предпринимал и в отношении Пруссии. И тут последовала смерть императора Николая I.