Дипломатическая деятельность Александра Андреевича Безбородко завершала эпоху Екатерины II и открывала новую страницу в русской истории - недолгое царствование Павла I. Он целиком принадлежал XVIII в., интереснейшему времени становления нашего Отечества, явившему миру великих людей в политике, воинском мастерстве, науке, искусстве. Сам он также был одним из них, прославив свое имя государственными трудами, длительным и верным служением Родине.
    "В России в XVIII в. было только четыре гения: Меншиков, Потемкин, Суворов и Безбородко..." - писал о Безбородко советник царя М. М. Сперанский.
    Эта характеристика дорогого стоит. Что же выдвинуло Безбородко в один ряд с выдающимися деятелями эпохи, определило его судьбу и увлекло к дипломатическим вершинам?
    Родился Александр Андреевич на Украине 17 марта 1747 г. в семье писаря. Учился в Киевской духовной академии. Но священнослужителем не стал, а поступил на службу в канцелярию графа П. А. Румянцева, прославленного фельдмаршала, предтечи Суворова. Безбородко занимался не только писарской работой - он показал себя храбрым офицером, отличившись в русско-турецкой войне 1768-1774 гг. в битвах при Ларге и Кагу-ле. Румянцев доверил ему вести свою секретную корреспонденцию. Он же в 1775 г. рекомендовал молодого Безбородко Екатерине II на должность ее личного статс-секретаря. При этом Румянцев сказал императрице: "Представляю вашему величеству необработанный алмаз. Ваш ум даст ему цену". Безбородко действительно выглядел среди придворных Екатерины неказистым провинциалом, не знал французского языка, не был обучен политесу - придворным манерам. Но очень скоро этот "алмаз" действительно засиял и засверкал всеми гранями своего природного таланта.
    Безбородко обладал феноменальной памятью; он мог цитировать Екатерине наизусть целые своды законов, страница за страницей, не заглядывая в книгу. За полтора года он выучил основные европейские языки, а также латынь и древнегреческий. Когда, уже в старости, к нему обратился великий князь Константин, чтобы тот рассказал ему о венском дворе, куда направлялся с миссией, Безбородко сообщил ему родословную всех австрийских вельмож, все их заслуги и недостатки, кто какие подарки любит, чем примечателен и как относится к России. Такими же знаниями Безбородко обладал и обо всех прочих монарших дворах в Европе. Это был уникальный ходячий дипломатический справочник. В течение двадцати лет он оставался главным докладчиком императрицы, совмещая свою работу с директорством Почтового департамента, с членством в секретной экспедиции Сената, а также с руководством всевозможными комитетами и комиссиями. "Полномочный для всех негоциации", - называла его сама Екатерина, бесконечно доверяя своему статс-секретарю и поручая ему самые деликатные, трудные задачи, требующие редкого дара находить средства для их благополучного решения. В канцелярии Безбородко сосредоточивались почти все дела, "восходившие на утверждение или решение императорской власти", то есть дела всех учреждений, составляющих государственный механизм. Он был в этом отношении как бы координатором, связующим звеном между Екатериной и различными правительственными коллегиями. Никто из сотрудников императрицы, по свидетельству современников, "не мог в труднейших случаях и по какой бы то ни было отрасли государственного управления представить государыне такого ясного доклада... когда императрица давала приказание написать указ, письмо или что-либо подобное, то он уходил в приемную и по расчету самой большой краткости времени возвращался и приносил сочинение, написанное с таким изяществом, что ничего не оставалось делать лучшего".
    "С наружностью медведя он соединял тонкий, проницательный ум и редкую сообразительность..."
А. Чарторыйский

    Многие екатерининские законы также были написаны собственноручно Александром Андреевичем, причем императрице даже и не надо было их поправлять - так гладко они угадывались в общую систему ее законотворчества. Но все же основным полем его деятельности была и оставалась дипломатия.